О.В. Протасова. Психолого-юридическое обоснование понятия правосознания, его значение и роль в формировании правового мировоззрения личности — ВоенПрав 
Научные труды > Материалы научно-практических конференций Московского военного института ФПС России > Сборник научных статей № 9


О.В. Протасова. Психолого-юридическое обоснование понятия правосознания, его значение и роль в формировании правового мировоззрения личности




Несмотря на большую ценность исследований правосознания, проведенных в 70-80-х гг., в начале 90-х годов произошло значительное сокращение их количества. Только во второй половине 90-х годов актуализируются (хотя и далеко не в том объеме) исследования по данной проблематике. Подчеркивая мысль, правосознание не только отражает, но и синкретически оценивает явления действительности через призму нормативности. Бегинин В.А. пишет, что правосознание
· это правовые представления и правовые чувства общего характера, имеющие нормативное значение для поведения людей (Бегинин В.А., 1993. С. 28). Изучение правосознания и правовой культуры на изломе столетий позволило исследователям подтвердить мысль о детерминации характера и направленности правового поведения особенностями правосознания. Исследователи подчеркивают, что правосознание является интегральным феноменом, отражающим состояние законности и правопорядка в обществе, правовой культуры, компонентами которой «выступают правовое поведение и позитивное право». В то же время отмечается, что в настоящее время в России оба они имеют «амбивалентное, даже негативное направление» и придают общественному правосознанию и правовой культуре негативное развитие» (Тапчанян Н.М., 2001. С. 8-9).
Ментальные особенности правосознания россиян были исследованы отечественными психологами в рамках концепции социальных представлений. (Абульханова-Славская К.А., 1996, 1997; Славская Л.Н, 2001; Брушлинский А.В., Воловикова М.И., 2002). Результаты исследований показали, что основной особенностью российского правосознания оказалось преобладание морального сознания и моральных представлений над правовыми и политическими. «В отечественном, фактически тотемном самосознании, государство предстало как некий гобсоновский «Левиафан», с которым каждый оказался связан лично, непосредственно и нерасторжимо» (Абульханова-Славская К.А., 1997. С. 23-24).
Сравнение психологических особенностей правосознания российских и западно-европейских граждан в рамках кросскультурного исследования, проведенного Международной лабораторией социальной психологии и лабораторией личности института психологии РАН, с одной стороны, и Женевским центром (по изучению Прав Человека под руководством ученика С. Московичи, проф. В. Дуазом) в 35 странах мира, показало, что в России практически отсутствуют исторические традиции и преемственность в области правосознания. Если в западно-европейской культурной традиции право и нормы возникали, прежде всего, как способ защиты основных ценностей личности и ее свобод, то в России такого опыта не было. Отсутствие в России дифференцированности сфер социальной жизни, общинность её социальной жизни не позволили регулировать социальную сферу рационально «отвлеченно», т.е. в форме права. Российский тип государственности неразрывно связан с типом русской соборности, в котором была «растворена» личность. А последняя, как отметил В. Иванов, фактически уже издавна трактовала право как принудительность: «Неумелые в строительстве общественности принудительной, лелеют в духе славяне... тайну хорового согласия и того непринудительного общения между людьми, которое только на их языке имеет в мире свое именование: соборность. Им дано обретать свое личное «Я» в целом» (Абульханова-Славская К.А., 1997. С. 20).

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17


Группа: Сборник научных статей № 9
Категория: Научные труды