О.В. Протасова. Психолого-юридическое обоснование понятия правосознания, его значение и роль в формировании правового мировоззрения личности — ВоенПрав 
Научные труды > Материалы научно-практических конференций Московского военного института ФПС России > Сборник научных статей № 9


О.В. Протасова. Психолого-юридическое обоснование понятия правосознания, его значение и роль в формировании правового мировоззрения личности




Но всегда отношение к наказанию в сознании граждан оценивается с позиций восстановления социальной справедливости как результата справедливого воздаяния, которое определяет величину причинения страданий осужденному из соображений справедливости. При устрашающей системе возмездия такие ограничения не наблюдаются. Иными словами, социальное возмездие как цель наказания указывает обществу на то, что против причиненного зла оно тоже использует зло, и оно может быть обращено к любому, кто замышляет преступление и пытается реализовать свой преступный замысел. Признаваясь в том, что использует зло, общество и, в первую очередь, судьи ограничивают применение зла самим фактом признания. Проблема ограничения зла может достигаться путем сужения круга преступлений, за которые наказывают лишением свободы, сужением круга лиц, которых наказывают лишением свободы, что, естественно, уменьшит количество «сырья» для «фабрик преступности». Поиск компенсаций
· это одновременно поиск наименее рецидивогенных наказаний, ибо наказанию в виде лишения свободы присущ так называемый остаточный криминогенный эффект. Сторонники теории устрашения возражают, что сужение круга преступников, которых наказывают лишением свободы, уменьшит не столько число возможных в будущем рецидивистов, сколько увеличит число впервые совершающих преступления, которых не будет останавливать страх перед наказанием (Хохряков Г.Ф., 1999. С. 455-458).
В концепции дефектов правосознания отношения к закону, преступлению и наказанию получили неполное освещение. Отмечая, что в основе поведения человека, как внешнего проявления деятельности, всегда имеется сумма формальных юридических знаний об объективных условиях этой деятельности, исследователи выяснили, что правовая осведомленность о законах выше у правонарушителей, чем у законопослушных граждан, поскольку жизнь заставила их практически овладеть ими и использовать в личных эгоистических или корпоративных интересах (Ратинов А.И., 1985). Однако информированность о преступлениях и наказаниях, соотнесение их с прошлым опытом, потребностями, интересами и возникающее отношение к ним, выражаемое в оценке индивида, остается вне поля зрения исследователей. Познаваемые субъектом, профильтрованные через его личный опыт и правовую практику явления уголовно-правовой жизни точно так же вызывают к себе определенное отношение и, подвергаясь оценке, приобретают характер ценности. Если правосознание отражает правовую культуру и проявляется в ней, то его исследование должно включать анализ тех уголовно-правововых сторон, в которых оно объективируется, получает внешний осязаемый выход.
В настоящее время нет исследований, позволяющих выявить структуру индивидуального правосознания, включающих такие элементы, как знание закона, отношение к уголовному закону и его составляющим элементам, готовность к правомерному поведению. Поэтому исследование психологических особенностей типа правосознания требует выделения вопросов, связанных с отношением законопослушных граждан и лиц, преступивших закон, не только к закону, преступлению и наказанию, но и к структурам, осуществляющим функции исполнения.

13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24


Группа: Сборник научных статей № 9
Категория: Научные труды